Рейтинг СМИ

Посетите рейтинг сайтов СМИ. В рейтинге учавствуют лучшие СМИ ресурсы.

Перейти на Рейтинг
Home » Cобытия

Урмас Паэт дал интервью радио «Эхо Москвы»

Понедельник, 31 августа 2009

Во время визита в Петербург по случаю завершения первого этапа реконструкции лютеранской церкви Святого Иоанна, глава МИД Эстонии  дал интервью радио “Эхо Москвы”.

Полностью интервью Урмаса Паэта можно прочесть на портале радио “Эхо Москвы”.

Открытие авиасообщения между Таллинном и Петербургом – это было предметом разговора на встрече с вашим коллегой Сергеем Лавровым в июне в датском Эльсиноре?

Действительно, это была тоже одна тема. Может быть, это звучит как-то странно, что министры иностранных дел говорят об этом, где и как и когда открыть авиасообщение или авиалинию. Но, действительно, мы говорили тоже про это. И я рад, что после того, через несколько дней уже наши российские партнеры сообщили, что, действительно, есть возможность открыть эту линию.

Скажите, а еще что из тех договоренностей уже достигнуто? Из договоренностей, о которых шла речь на встрече с Сергеем Лавровым? 

Я надеюсь, что в сентябре или в октябре встретятся транспортные комиссии обеих сторон, Эстонии и России, для того, чтобы тоже, наконец, найти какие-то решения для этих очередей, которые мы, к сожалению, сейчас видим на границе в Нарве. И новый нарвский мост, и как идти дальше с этим, чтобы, действительно, было бы возможно быстрее переехать границу, чтобы быть быстрее в Таллинне или в Петербурге. 

А неужели такая проблема договориться двум странам и построить мост между непосредственно Эстонией и Россией?

Как сказать? Я здесь вижу, что, к сожалению, тоже политика влияла на это. Действительно, мы не можем односторонне строить мост этот. Мост-то должен закончиться где-то, и это “где-то” находится на территории России – так что здесь тоже нужна серьезная заинтересованность со стороны России.

Вы приехали сюда, чтобы присутствовать пока еще не на открытии, поскольку открытие ожидается в 2010 году, но на приеме работ первого этапа реконструкции эстонской лютеранской церкви Святого Иоанна.

Эта церковь играла в культурной истории Эстонии очень важную роль. Ведь 120 лет назад Санкт-Петербург был тоже очень важным культурным центром для эстонской культуры, очень многие деятели культуры жили в Санкт-Петербурге, здесь работали и они тоже были членами этой церкви. И Санкт-Петербург был в начале XX века, можно сказать, самый крупный эстонский город. По разным данным, в Санкт-Петербурге жило больше эстонцев, чем в Таллинне, например. И в 2004-м году как-то я был в Санкт-Петербурге как министр культуры. Мы решили, что надо реставрировать эту церковь. Эта церковь была в очень плохом состоянии, но я рад, что, наконец, эти работы начались и я, действительно, надеюсь, что в конце следующего года мы можем открыть новый культурный центр. Но, конечно, и церковь, историческую церковь здесь в центре Санкт-Петербурга. Чтобы после того, как 150 лет назад эта церковь была построена, эта церковь могла начать новую жизнь. 
Это решение непосредственно Эстонии, на свои деньги реконструировать церковь Святого Иоанна?
В принципе, да. Мы очень довольны сотрудничеством с Петербургом, с властями Петербурга. Мы решили, что Эстония готова финансировать эти работы.

Как вы прокомментируете информацию, которая появилась на сайте МГИМО буквально на днях в спецвыпуске. Глава администрации президента РФ и председатель исторической комиссии Сергей Нарышкин сообщил: “Эстония, отрицая результаты Второй мировой войны, претендует на часть Псковской и Ленинградской областей. В частности, на Печоры и Ивангород”. 

Я был очень удивлен: как это возможно, что на официальном сайте может что-то такое быть? Ведь и наши российские коллеги очень хорошо знают, что уже в 2005 году Эстония и Россия подписали договор о границе, где мы зафиксировали границу почти там, где это есть и сейчас в природе. И наши коллеги тоже очень хорошо знают, что после того эстонский парламент ратифицировал этот договор, сказал очень ясно, что эти договоры о границе, эти новые договоры не меняют договоры, которые мы имели в истории.  Так что все органы власти в Эстонии –  правительство, парламент, президент ясно высказались, что Эстония акцептирует результаты переговоров с Россией о границе.  Так что, коротко говоря: нет, мы не имеем территориальных претензий.

Мы встречаемся с вами перед годовщиной начала Второй мировой войны, и перед этим была годовщина пакта Молотова-Риббентропа. 23 числа в Эстонии, в частности, прошел день памяти жертв тоталитарных и авторитарных режимов. Кстати, как он прошел? Можете рассказать?

Это был, действительно, очень специальный и в то же время очень серьезный день. Но тоже очень эмоциональный день. Ведь 20 лет тоже 23-го августа 1989 года была очень длинная цепь через балтийские страны, встали от Вильнюса около 600 километров, около 2 миллионов человек встали рядом в цепь, чтобы высказаться о том, что Эстония, Латвия, Литва хотят свою свободу обратно. И это что было в истории уже 70 лет назад, подписание пакта Молотова-Риббентропа, особенно так называемые секретные протоколы, когда Советский Союз и Германия рисовали новые карты Европы о том, какие страны должны принадлежать Советскому Союзу или Германии. Действительно, это очень трагический день в нашей истории, как мы сегодня знаем, все-таки. И после подписания такого пакта началась тоже война между Советским Союзом и Германией. И после этих трагических событий, все-таки, очень долгое время очень многие государства и нации, и после того не получили обратно свою свободу. Сотни, тысячи людей погибли в этих репрессиях и после войны, так что, действительно, это соглашение, эти секретные договоры влияли очень трагично и на Эстонию, и на другие общества.

Вы – выпускник Тартуского университета. Все выпускники Тартуского университета хорошо говорят по-русски?
Во-первых, я не уверен, что я говорю хорошо по-русски. Потому что практики не хватает. Но я учил русский язык не в Тартуском университете, а в школе, потому что я еще это поколение, когда мы в советское время – тоже у нас было 6 или даже 7 уроков русского языка каждую неделю в школе с первого класса. Конечно, я сегодня доволен, что я могу читать и говорить, и понимаю. И можно сказать, что и сегодня в Эстонии и новое поколение имеет очень высокий интерес, чтобы учить русский язык. В очень многих регионах и школах русский язык – уже второй иностранный язык после английского. Так что, я думаю, что это, в общем, тоже естественный натуральный процесс. Если в Эстонии живут очень многие люди, для кого первый язык – русский язык, и наш сосед – Россия, то, я думаю, что это мудро, что люди понимают, о чем эти люди говорят.

Владимир Фридлянд

Источник: Новости Эстонии