Рейтинг СМИ

Посетите рейтинг сайтов СМИ. В рейтинге учавствуют лучшие СМИ ресурсы.

Перейти на Рейтинг
Home » Новости

Майа Соорм: эстонцы и русские смеются и плачут в одно и то же время

Воскресенье, 28 февраля 2010

Тридцать пять лет Майа Соорм служит
проводником между русской и эстонской культурой. Именно столько лет она
работает синхронистом-переводчиком в Эстонском драматическом театре.

Майа Соорм - синхронист-переводчик в Эстонском драматическом театре, ЭстонияВ
афише Эстонского драматического театра на сегодняшний день одиннадцать
спектаклей, которые сопровождаются синхронным переводом на русский
язык. Переводные спектакли идут два раза в неделю в малом и большом
залах театра. У микрофона — бессменная Майа Соорм, суперпрофессионал и
при этом совершенная самоучка.

«Поминки по-эстонски» —
название явно не то, чтобы русские зрители пошли на представление, —
рассуждает о своем любимом спектакле Майа. — Но мы съездили с ним в
Москву, на «Золотую Маску». Зал рыдал и смеялся. Я подумала, что не
отступлю, и мы продолжим его переводить в Эстонии».

И в самом
деле, по словам Соорм, когда автор пьесы, Андрус Кивиряхк, сделал себе
имя, русскоязычному зрителю стало все интереснее смотреть, что эстонцы
о себе говорят.

Языки встали на место
Впрочем,
ходят и не только на современную драматургию, в переводе идет и

классика, например «Вишневый сад». Однако, знакомство с эстонским
театром она рекомендует начать с постановки «Вольдемар» о Вольдемаре
Пансо, которая прекрасно иллюстрирует не только историю этого человека,
но и эстонского театра и эстонской культуры.

Майа говорит на
чистом русском языке, но признается, что думает по-эстонски и быстро
переводит мысли в голове. Как ей удается сохранить прекрасный язык,
работая в эстоноязычном коллективе такое долгое время?

Она
родилась в Валга, до пяти лет говорила по-эстонски, а с бабушкой и
вовсе по-немецки. Затем семья переехала в другой дом, где во дворе
дети болтали на смеси русского, эстонского и латышского, и это было для
них абсолютно естественно.

Поначалу Майе слышалась просто
языковая каша. Как-то в игре она получила мячом по голове от мальчишки
— и  первое русское слово, которое она вычленила из его оклика, было
слово «Мяч!». Забавно, но после того случая все языки в ее голове
встали на свое место.

В юности Майа больше всего хотела стать
парикмахером, ей казалось, что красивее такой жизни нет ничего. Мама,
однако, настояла, чтобы она получила высшее образование, и девушка
поехала поступать в Тарту на русскую филологию. Окончив вуз со
свободным дипломом, она хотела пойти работать на телевидение, но без
таллиннской прописки ее не взяли.

«Я стояла напротив театра у
книжного магазина и думала, что же мне делать дальше и как возвращаться
в маленький Валга, — рассказывает она. — Случайно меня увидел мамин
знакомый, который отвел в театр, где как раз была уволена переводчица.
Мне сразу дали переводить «Святое озеро» с Итой Эвер в главной роли.
Сейчас я понимаю, что это был несложный спектакль, но мне казалось, что
хуже просто не бывает».

35 лет назад
«Предыдущая
переводчица выдернула из книги несколько страниц… Я не знаю, что
делала в тот вечер, но после спектакля я обнаружила, что за моей спиной
стоит Вольдемар Пансо, который сказал: «Все — с сегодняшнего дня ты
работаешь у нас. И с тех пор прошло тридцать пять лет», —  вспоминает
Соорм.

Училась переводу Майа сама, каждый свободный вечер она
бегала в театры и слушала других переводчиков.  Переводчица внимательно
следит за всеми тенденциями в современном русском языке и ежедневно
сверяется со словарем.

«Раньше принято было переводить с
нулевыми эмоциями. Но потом, помню, это было в «Трех сестрах», я не
могла больше просто тарабанить текст. Когда у актера высокая голосовая
и эмоциональная модуляция, я тоже стараюсь ее повторить, но немного
тише. Если на сцене бушуют страсти, а в наушниках кто-то глухо читает
текст —  это может быть дискомфортно и впечатление от постановки не
будет хорошим», — считает она.

В обязанности Майи входит
перевод пьес и спектак­лей, а в последнее время и работа с русскими
СМИ. Одним словом, все, что касается театра; однако в отличие от
актера, который зубрит только свою роль, ей приходится досконально
изучать весь текст целиком.

Русскоговорящих зрителей, которые
хотя бы время от времени ходят в Эстонский драматический театр,
действительно не очень много, большинство из них Майа знает лично, так
как после спектаклей часто принимает у них наушники, а заодно
спрашивает, что им понравилось, а что нет.

Время от времени
перевод­чицу мучают сомнения — а стоит ли, ради одного-двух-пяти-десяти
человек так стараться? Но практика показывает, что стоит. Есть такие
семьи, в которых русские матери и бабушки водят своих детей и внуков в
театр слушать эстонскую речь и лучше узнавать эстонскую культуру.

Смеемся и плачем вместе
Была
одна девушка, которая очень хотела сдать экзамен по эстонскому языку на
гражданство, но ей не особенно везло с преподавателями и курсами.
Полгода Майа видела ее в зале на всех переводных спектаклях, а наушники
с каждым разом требовались этой девушке все реже. Молодая театралка
успешно сдала экзамен.

«Мы поражены, что впервые в жизни сидим
рядом с эстонцами и в одно время с ними смеемся, в одно время плачем»,
— такие слова услышала однажды переводчица от двух русских дам, которым
случайно достались билеты в эстонский театр. «Значит, не такие уж мы и
разные», — заключает Майа, которая встречает теперь этих женщин в
театре несколько раз в месяц.

Спектакли Эстонского драмтеатра

• Eesti matus / «Поминки по-эстонски»
• Kirsiaed / «Вишневый сад»
• Leekrüübe / «Любовный напиток»
• Päikesepoisid / «Солнечные мальчики»
• Rahauputus / «Денежный потоп»
• SIGMA TAU-C705
• Voldemar /«Вольдемар»
• Vombat / «Вомбат»
В малом зале:
• Boulgakoff / «Булгакофф»
• Metspart / «Дикая утка»
• Müügimehe surm / «Смерть коммивояжера»

По материалам rus.postimees.ee

Источник: Моя Эстония – сайт о современной Эстонии